?

Log in

Июлька
Стенгазета
Свежие записи 
10-апр-2011 06:51 pm - Яркое - 2010
Новогодний пост накануне нового года.

Январь
В ночь на седьмое января с Андрюшей ищем ночлег в окрестностях русского монастыря, посреди штата Нью-Йорк. Дороги замело, все спят, и уже все равно, как плутать – по звездам или навигатору. Вдруг в заснеженном поле видим ярко освещенный хлев и лошадь – совсем как рождественские ясли. А наутро изобретатель Виагры показывает нам дом Ростроповича.

Февраль
Шлёпаю по февральской aqua alta, не могу найти гостиницу, чемодан промок, всё вокруг разноцветное и влажное, безнаказанное хождение по лужам – обойти их в Венеции невозможно. И тут прорывается звонок Балаша, который говорит, что мы весной играем.

Март
Португалия – европейская дача, даже запах какой-то дачный. В трамвае до хрипоты спорим с Лешей, какая правильная строчка у Пастернака, пересмеиваем со Светой шаркающий португальский язык, забираемся по серпантину в Синтру, откуда видно до горизонта. Допиваем портвейн и разлетаемся из соседних гейтов в разные страны.

Апрель
Утром около мкада мужики вышли на подледную рыбалку, а в Риме +15. Вечером кулич Пантеона светится изнутри, в церкви Минервы поет хор, в русской церкви далеко за Термини собираются украинские семьи, несут корзины с пасхой и водкой.

Май
В иорданской Петре отбилась ото всех, пока возвращалась, село солнце. Мальчик-бедуин с осликом исчезли, на небе еле виден контур скал. Нужно пройти по темному ущелью до поворота, за ним должна быть площадка, на которой расставляют светильники к вечернему представлению. Десять минут один на один с планетой.

Июнь
Открытый бассейн на 57 этаже отеля в Сингапуре одним краем упирается в панораму города, а другим – прямо в тучу, из которой через минуту начинается ливень. Утреннее купание - прямо в банных халатах, с видом на небоскребы и бухту далеко внизу. Такие наши нравы.

Июль
В маленькой деревне на Крите музыка из бара на берегу смешивается с плеском волн, под эту музыку можно танцевать бесконечно, вкус вина и солнца, лежаки по колено в приливе, горячие плечи.

Август
Пустая задыхающаяся Москва, бесконечные скорые с синими маячками. Дорога с дачи по дмитровке на бешеной скорости, повороты еле видны, фары не пробивают дым. Только бы было не очень больно. Внутренние истерики – как внутренние кровотечения: не видно, но страшно.

Сентябрь
Кажется, в Ницце провели больше времени в крутейшем музее Шагала, чем на пляже. С головой окунаешься в гоголевский мир: летающие рыбы с букетами цветов, витебское окно в сугробе, шагающий фонарь. Пара на белом коне в розовом небе.

Октябрь
Концерт U2 в Риме, Боно обходит сцену по кругу и простым движением руки поднимает весь стадион. Невероятная энергетика 70 тысяч человек, поющих одни слова. I still haven’t found what I was looking for.

Ноябрь
Стамбул – пожарный выход, когда на работе всё горит. Делюсь с папой одним из любимых городов, кормлю мидиями с рисом, вожу по Таксиму. Вечером возвращаемся по Золотому рогу, смотрим на чаек, молчим.

Декабрь
Апельсины на деревьях – вместо рождественских игрушек. На капитолийском холме знакомый звук шуршащих под ногами камушков. Внизу развалины Форума и балкон, похожий на Каспера – декабрьское дежа вю.
29-май-2010 12:18 pm - Стоп-кадр
(доставая из шкафа пакет макарон)

Самолет садится в Гамбурге и пролетает низко над вокзалом. Поезда похожи на спагетти, которые высыпались из пачки.
17-май-2010 01:39 am - Город Петра
От Иерусалима до границы с Иорданией нас везла знакомая монахиня с дипломатическими номерами. Включала поочередно израильский и палестинский стили вождения. По дороге махнула рукой в сторону места крещения: дорога к нему идет между минных полей.

Чтобы выехать из Израиля, надо заплатить 50 баксов, чтобы вернуться – восемь раз показать паспорт (это если с ручной кладью, с багажом одиннадцать). Зато мы сэкономили на гостинице в Петре: после рекомендательного письма от Юнеско она сильно упала в цене.

Первым делом встречаю в Петре московского знакомого. А наш итальянский приятель Эмильяно рассказывает, что у него есть коллега, и ее подруга вышла замуж за бедуина. Уехала с ним, родила, развелась. В Иордании Эмильяно знакомится с бедуином, другом того, первого. Смотрят фотографии ребенка на мобильном телефоне. Мир маленький.

В старой эре Петра располагалась на караванной дороге, шелк и специи везли в порты Газы и Александрии. Дочь царя Петры была первой женой Ирода Антипы, правителя Галилеи времен Христа. В диких скалах набатийцы вырезали греко-римские колонны, портики и скульптуры. Мир был очень большим.

У подножия скалы можно различить две пары ног. Гид рассказывает, что еще несколько лет назад у этих фигур были видны туловища, но ветер и солнце стирают их, как рисунок мелом.

У осликов в Петре смешные имена: Шакира, Майкл Джексон. Бедуинский мальчик выдает совершенно шекспировскую фразу: “It’s a donkey anyway. Even if we call him the Moon, it’s still a donkey”. На ослике можно уехать в горы, там будет указатель “to the end of the world” и закат - настоящий край света.
В Израиле есть три неисчерпаемые темы для разговоров: шабат, хамсин и битахон. И четвертая – “поесть”. Когда меня спрашивали, куда я собираюсь на майские, я отвечала: "в страну гастрономических оргазмов". Света водила нас завтракать хумусом в самую старую яффскую хумусию, или яйцами в кафе Бенедикт, где за столики очередь уже с утра. После прощального ужина в кошерном ресторане "Только мясо" я думала, мы не взлетим.

Реклама на местном русском радио:
- Цены растут, а литовская водка остается по-прежнему доступной.
И сразу, в стык рекомендуют «семечки от Сёмушки».

Там всё настолько удивительно, что я перестала удивляться. Всё поделено между разными конфессиями, и всё вперемешку. В храме Рождества в Вифлееме обстановка, как в метро Киевская в час пик, когда эскалатор сломался. С помощью туристической полиции люди все-таки проникают внутрь и фотографируются на фоне пещеры. А есть камни Капернаума, жар Иудейской пустыни, часовня в Вифании у дома Лазаря, – всё очень настоящее, земля мало изменилась за две тысячи лет.

В Израиле живут Света, Женя и Ксю, Витя Швагерус и Черменский, а еще коричневый лабрадор Савва Игнатьевич. Это очень хорошо.
11-апр-2010 12:28 pm - Про себя
008


После съемки у Паволги весь следующий день носишь внутри послевкусие, как после хорошего вина и разговора.
5-апр-2010 11:09 pm - Спонтанное
Субботним утром у мкада мужики на подледной рыбалке, а в Риме зеленая трава и апельсины на ветках. Комната на чердаке палаццо времен открытия Америки, в гостиной семиметровые потолки и фамильные портреты. С Алессандрой, хозяйкой, сразу начинаем болтать обо всем на свете: русские у нее еще никогда не останавливались.

Про такой примерно палаццо есть феерическая история у Генри Мортона:
"Во время помешательства на роликовых коньках, случившегося в начале XIX века, оказалось, что римские дворцы как нельзя более подходят для этой забавы: в некоторых домах можно было через весь дом переезжать из комнаты в комнату, не встретив на пути ни единого препятствия -- один гладкий пол, и частенько домочадцы, покидая свои комнаты и отправляясь на обед, брали с собой в мешках ботинки и коньки."
Мне кажется, это совершенно феллиниевская картинка: фигуры, выезжающие из комнат на роликовых коньках.

С третьей попытки попадаю в Ватикан. Сикстинская капелла вся - про человека, а не про бога. Непонятно, кто кого породил. Ватикан ошеломляет и одновременно отталкивает своей нескромностью. Как говорит одна моя подруга, "собрали денег на бога и купили шкаф".

Мне везет на американцев, понимающих в искусстве. Вечером в баре один рассказывает историю про статую Лаокоона и Микеланджело. Лаокоон и правда оргазмически хорош, папы знали толк в древностях. Статую нашли в чьем-то винограднике, она ручкой из кустов помахала, в начале 16го века. Приятное было время.

В воскресенье дождь. Алессандра говорит, что на Пасху здесь всегда дурная погода. Риму дождь не идет. Наверное, Венеция - единственный город, которому в дождь хорошо. А Рим - рыжий, песчаный, к нему полагаются солнце, синее небо и белые барочные облака. И все равно это такое место, по которому скучаешь, еще не уехав.
Четыре перелета за неделю - как перемещение по кроссворду. Лиссабон – город по вертикали, Амстердам – по горизонтали. Париж – сердцевинка, клеточки, в которых на пятый раз ничего не надо угадывать.

Самолет в Париж похож на плацкартный вагон: пекари летят на профессиональную выставку, ходят по салону, знакомятся, обсуждают тонкости помола.

Утро с панорамными кувшинками Монэ, в оранжерее Тюильри. С 2001го ждала, когда она откроется после реконструкции. В Лувре бесплатный день. Света:
- А сколько нужно заплатить, чтобы все эти люди отсюда ушли?

8 марта концерт камерной музыки в Гранд Опера: рыжая скрипачка-мандаринка и певица в зеленом платье, с очень злым лицом, женщина-артишок.

Очередные безумные рубашки в Марэ, платье с бабочками внутри.
- О, смотри какой мужчина, и пиджак с лиловой подкладкой!
- Да, Юля, и двое детей за ручку. Пойдем, тебе не надо.

Вечером в Париже бутылка пастиса - диджестив, на следующий день в Лиссабоне становится аперитивом. В самолете medames и monsieurs превращаются в сеньореш пассажейруш. Шаркающий португальский язык: шипящие кишат, как будто дворники под окном метут.

Португалия – европейская дача. Всё немножко расслаблено, пахнет деревянной верандой и чердаком, на краю света желтые цветы и маяк. Хозяйка в кафе с цветами за ухом. В Лиссабоне лифт – общественный транспорт, в котором у местных работают проездные. Черно-белая брусчатка на бульварах, как будто взяли шахматные доски и переложили в другом порядке. Разноцветная плиточка на стенах, повсюду. Музыка в старой крепости.

В королевской резиденции в Синтре комнаты с разрисованными потолками: в одной лебеди, в другой - сороки. Света:
- А это, очевидно, зал для переговоров.

В Париже и Лиссабоне с нами прекрасный Леша, который в очередном замке с порога охает «..…твою мать, какая красота!», а потом Пастернака наизусть, неочевидное: про Брамса и басму. Разлетаемся рейсами с разницей в 15 минут: он в через Париж в Москву, мы дальше в Амстер.

Амстердам – бабушкин шкаф, в котором дверки и полочки покосились, а сам он набит всякой всячиной. Вечером в квартале красных фонарей кормят птиц, утки и лебеди носятся по каналу в ажитации, как машинки на детском автодроме. В том же квартале музей с потайной часовней и магазин колониального кофе (не кофешоп).

На ленте транспортера катается одинокий чемодан. Как ребенок, которого с елки не забрали.
4-мар-2010 10:12 am - Посторонним В.
IMG_7296


Город В. встречает высокой водой, нахлынувшими чувствами, хлопает влажными ресницами лодок. Здесь теряются даже Google maps – отель совсем не там, где им казалось. Маршрут приводит к горбатому мостику, на нем топчутся австрийцы, ищут ту же гостиницу по тому же гуглу. В конце концов, отель оказывается на полпути между лучшим музеем и лучшей рюмочной: как там у Шпаликова - «в музей надо ходить одному и обязательно чуть подвыпимши, нет, не пьяным, конечно, а так…»

Вот и ходишь повсюду эмоционально навеселе. С башни монастыря Сан Джорджио видно, что город плоский и маленький. С кампанилы на Сан Марко кажется совсем по-другому – он обретает объем, точно детская книжка-раскладушка.

В книжном магазине книги сложены в старые лодки и ванны, на заднем фоне спасательные круги и дверь в воду. Колонны дворца на Гранд канале, как балерины на авансцене. На campo Bolgo к стене местной многоэтажки приросла старая кампанила, тоже жилая. За окна выставлены бутылки с растительным маслом и чем-то еще, как в московской коммуналке.

Кстати, окна отеля выходят на маленький сад и затопленное поле для мини-футбола, ночью в нем отражается спина церкви напротив. Утро можно начинать с кофе в рюмочной за углом (хозяин Лино уже наливает каким-то хорватам первую граппу), или, после короткой прогулки, со свежевыжатого сока у стен Фрари, чтобы потом сразу нырнуть в скуола Рокка.

Живопись Беллини живая, что хочется трогать. В церкви Сан Заккария Мадонна держит младенца, не касаясь пятки. Перед картиной все останавливаются подолгу. Чтобы ее осветить, нужно бросить 50 центов, впрочем, на второй раз замечаешь, что можно и не бросать – свет включается раньше, чем выпускаешь монетку из рук. То ли совесть, то ли восхищение заставляет разжимать пальцы.

В воскресенье на улицах появляются дамы в мехах, идущие к мессе. Соборы поют. Они закрыты для туристов, но толстые стены, непроницаемые для глаз, неожиданно легко пропускают звук. В выходной особенно много детей. А собаки ходят, широко расставляя лапы, по-морскому, как будто в городе постоянная качка.

Разогретое на солнце, ленивое Каннареджио. Телефонный автомат на краю мира. Белье висит на веревках, как ноты. В гетто тишина, журчащая из питьевого фонтана. В траттории у моста обедает большое семейство, дед и отец возятся с ребенком, кажется, после бесконечных картин Возрождения его уже узнаешь в лицо.

По церкви на окраине Мурано гуляет серая кошка с красным ошейником. Вообще у церкви деревенский вид, мозаика на полу кажется продолжением цветочной лужайки.

В последний вечер на Сан Марко возникает человек с глазами цвета зимней воды и ведет показывать палаццо с ажурной лестницей, которое надежно спрятано во дворах и само в руки не дается. Человек говорит, что он рыбак с Бурано, по дороге рассказывает про Стравинского и вырывает из блокнота зарисовку местного вида – в подарок. Возможно, это был апостол Андрей, хоть и представился Франко.

Бродский, конечно, знал в городе В. толк: непременно зимой, и наверное, можно в одиночестве, лишь бы не объясняться по поводу часов, проведенных с беспокойным Тинторетто, и резиновых сапог в нахальную клетку. «А почему же вы туда ездите именно зимой?» – спросил меня однажды мой издатель, сидя в китайском ресторане в Нью-Йорке в окружении своих голубых английских подопечных. … «Ну, – сказал я, – это как Грета Гарбо в ванне».
11-фев-2010 01:38 am - Триумф джаза
За десятый Триумф джаза спасибо mdovzhenko и roman_markovich. Впрочем, за тот, который был в 2002 году, Мише спасибо тоже - с него началось мое ошеломление джазом. Шли после него через Красную площадь и даже немного жалели людей, которые не слышали, что происходило в ГЦКЗ Россия с семи и до полуночи. В 2010 всё проходит в доме музыки, концерт по-прежнему длится честных четыре часа, но публика уходит раньше. От этого страшно обидно, хочется занять собой побольше места и громче аплодировать, чтобы сгладить неловкость перед музыкантами.

Понравилась хрупкая японка Тихиро Яманака на высоченных каблуках, которая управлялась с роялем лихо, как с гоночной машиной на ручной коробке передач. И ударник Дональд Эдвардс, у которого всё время улетали палочки, а он выхватывал откуда-то новые, не переставая ливнем барабанить по медным листьям.

После экспрессивной молодежи выходит квартет, на вид пенсионеров, с Маккоем Тайнером и играет так, что становишься раковиной, через которую прокатывается волнами морская вода, и кажется, будто внутри начинает расти жемчуг.

Вспоминаю мое первое впечатление от музыки - совершенно визуальное. 95 год, Находка. Город вытянут вдоль берега и закручивается улиткой, мы жили в пансионате наверху самой последней сопки. По вечерам появлялся саксофонист и играл что-то одинокое на краю неба.
3-фев-2010 03:26 am - Лаврушка
Кстати, в третьяковке выдают бахилы, от этого в залах шорох, как в осенней роще.

Своя Мона Лиза, все-таки, есть в каждом музее. В третьяковке это портрет Пушкина. Кажется, если в зале снять со стен всё остальное, никто и не заметит.

Нашли портрет Барщевского кисти Брюллова. Барщевский, правда, прикидывается каким-то генералом, но усы и взгляд всё выдают.
3-фев-2010 03:00 am - Гербарий
Откуда-то появляется страстное желание не забыть людей, случайно встреченных по дороге, сохранить их жесты, осанку, фразы.

В транзитной зоне Шарль де Голля наблюдала за старой-старой армянкой, возвращавшейся в Ереван. Удивительно, как ее отпустили одну: видимо, какие-то родственники посадили в самолет, как ребенка, с тюками и пакетами - а ей не повезло, застряла на пересадке. С ней возилась сотрудница аэропорта, неизвестно зачем, но изучавшая когда-то русский язык в Воронеже. Впрочем, ей мало это помогало: старуха бормотала только по-армянски, и явно осыпала всех древними проклятиями.

В Шарлотте (это Северная Каролина) два негра в скверике играют в шахматы. Один одет в белую толстовку, другой - в черную, под цвет фигурок.

В Филадельфии 1 января новогодний парад: целый день разряженные в люрекс и перья мужчины идут по главной улице с музыкой и танцами. Среди публики пробирается разносчик соленых бубликов. С бакенбардами и деревянной доской, на которой лежит товар, он только что сошел с картины неизвестного голландского мастера.

В индейской резервации в Коннектикуте посреди леса стоит домик с надписью Polish club. На двери объявление: вход только для членов клуба. Внутри совершенно movie looking мужики с наколками на плечах режутся в бильярд, женщины пьют пиво за стойкой, а хозяин с польскими усами не говорит ни слова по-польски.

В деревне in the middle of knowhere заходит днем в полутемный пустой ресторан. Хозяйка - тоже полька, уже настоящая - эмигрантка. Она рассказывает нам истории, сидя на барном стуле около музыкального автомата 70х годов, начиненного современными дисками. Мысль, которая занимает ее в этот день - непрерывное течение времени. Она провела в этой деревне 40 лет, сын давно уехал в Калифорнию. "Всё меняется", - повторяет она, и в этот момент больше всего похожа на гусеницу из сказки про Алису.

В Провиденсе, штат Род-Айленд, мы сидели в кафе, которое оказалось маленьким кинотеатром. Винтовая лестница в проекторную вела почти из-за столика, зал была увешал афишами фильмов с Хоффманом и Редфордом. Хозяйка кинотетра - милая блондинка, немного не от мира сего, как героиня Don't come knockig (та, что носила урну с прахом матери под мышкой).

В бостонском устричном баре встречаем компанию: девушка и двое мужчин. Через два часа и четыре заведения они попадаются нам снова, уже веселые, как и мы.
- Hey, we've met already, haven't we? Come with us, we can make a nice orgy!

Где-то в Вирджинии маленький кантри оркестр шикарно перепевает песни Стинга. У солистки грустные глаза и музыкальный инструмент на шее, напоминающий стиральную доску.

На обратном пути, тоже в Шарль де Голле, чернокожий продавец из Duty Free задумчиво, по-русски: У моей бывшей жены тоже была фамилия Лазарева...
19-янв-2010 01:35 am - Beyond Manhattan
Минус 16, Москва, и дым из труб тянется к небу поднятыми кошачьими хвостами.

Нигде так не мерзла, как в Нью-Йорке на этот Новый год, в ледяном, как морозильник, Сохо, где ветер с грохотом выдвигал и задвигал обратно ящики, хлопал дверьми. На Брайтоне ветер чуть не сносит в океан ulakya (кто знает, тот оценит).

Подъезжая к городу, увидели завод, весь в лампочках, как рождественские ясли, предвещающий ослепительную красоту Манхеттена.

За час до Нового года в бруклинском гетто под дождем торопятся фигуры, идут в (или из?) синагогу по двое-трое, поверх шапок надеты лоснящиеся от воды пакеты. Ужасно напоминают большие маслята.

Таймс сквер пульсирует, в ее межреберном пространстве еще несколько часов после полуночи висят конфетти, никак не может их выдохнуть.

Такси похожи на желтых рыбок, которые мчатся в высокой подводной траве.

В Метрополитен своя Джоконда - эскиз девушки с жемчужной сережкой, на первый взгляд поразительно некрасивая, но не отпускающая взглядом. Удивительное "Благовещение" Петруса Кристуса, изображенное под таким неожиданым ракурсом, сверху, будто снимал Родченко.

На самом деле, с NY на этот раз не задалось еще с того момента, как в Шарль де Голле опоздала на пересадку до Атланты, не впрыгнула в самолет до Нью-Йорка и провела ночь в аэропорту (вдова Клико теперь будет вызывать грустные воспоминания на грани с аллергией). И самое интересное происходило beyond Manhattan, на пути почти в 5000 километров, из Джорджии на север: новогодний парад в Филадельфии, индейское казино в резервации и польский клуб там же, устричный бар в Бостоне, рождество в русском монастыре и дом Ростроповича, музей эвакуаторов в Чаттануге.

Небо над Вирджинией, полное самолетов, похожее на запруду с головастиками.
22-дек-2009 01:05 am - Любовь
Генри Мортон пишет, как однажды увидел доминиканца, который покупал бутылку бенедектина. Очаровательная несообразность. Говорю об этом другу, получаю в ответ: "иезуит, который пьет капучино, тоже несообразен?"

В кафе Гостиная отмечают день рождения, компания московской интеллигенции, в среднем всем по пятьдесят. Ловлю обрывок тоста: "мне посчастливилось унести средневековый горшок эпохи Ричарда II, работы нашей дорогой Дагмары, он стоит у меня дома...". Понимаю, что именинница работает художником на кинофильмах.

В жан-жаке еврейская семья, папа, мама и три сына. Младшему около 4-5, темные глазища, смотрит, как королевский инфант в каком-нибудь прадо. Мама и средний сын в ожидании заказа рисуют друг друга жан-жаковскими карандашами.

Угол на выходе из двора - самое холодное место, где задувает ветер, снежная вертушка. Утром обгоняю там старика со старухой, она поддерживает его, он сопротивляется, она выговаривает: это мой долг, мы же с тобой одной ниточкой связаны - с интонацией, будто вчера поженились.
30-ноя-2009 09:58 pm - Чаинки
В Стамбуле чайки срываются с крыш, как черепица. В летнем парижском кафе ветер поднимает края скатертей - крылья чаек на пляже. В Гамбурге чайки похожи на снежинок. Садятся на воду и не тают.
20-ноя-2009 02:57 pm - Горим на работе
А я сегодня поняла, что такое женская логика. У нас горел офис. Первая мысль, что спасать: загранпаспорт и четыре пары туфель.
16-ноя-2009 01:08 am - Ноябрь
У субботней Москвы туман в голове - "после вчерашнего". Ноябрь без цвета и вкуса, но парен марту, как перчатка с другой руки.

В Простых вещах смешная пара: девочка, с ней мальчик в квадратных очках и сине-красной бабочке, серьезный, как Гарри Поттер пятидесятых. Пьют розовое шампанское, ловлю обрывок разговора, он объясняет ей:
- Понимаешь, нельзя строить всю жизнь на том, какая у тебя машина, и в какой клуб ты ходишь. Должно быть что-то духовное.

В лунгинском "Царе" самые прекрасные - первые кадры, когда безумный Мамонов мечется по келье в рубище, с босыми ногами, молится о спасении, а потом идет по коридорам, на него надевают одну одежду за другой: платья, шуба, шапка, кресты, вся тяжесть власти, лицо его становится жестче и жестче, перед народом появляется царь.

Вспомнила, что в "Макбете" Някрошюса, когда король наделяет Макбета новыми землями – он кладет ему на колени кирпичи, и каждый новый дар – тяжесть для того, кто хочет владеть королевством.
"Идиота", кстати, смотреть сложнее: пять с половиной часов, больше текста, всё на повышенных тонах, под конец спектакля Мышкин - самый нормальный из всех.
9-ноя-2009 10:05 am - Путин в Риме
IMG_6257


Это, кстати, за углом от пьяцца Маттеи, где бродское "ущелье Рима" и фонтан с черепашками.
9-ноя-2009 12:17 am - Девушка
Город становится хоть немного своим, когда получается подобрать к нему слова. О Риме столько сказано, написано, снято, что кажется, это почти невозможно.

Если встречать рассвет на Форуме, развалины проступают всеми своими косточками, как на рентгене. А потом вдруг одновременно просыпаются птицы и автобусы, и на противоположной стороне белеет балкон, похожий на маленькое привидение Каспера.

Днем находишь себя всю в царапинах, вспоминаешь ночные танцы на Капитолии, сто шестнадцатый автобус, строительные леса в палаццо Барберини, пожарную лестницу, и хочется врости в местные стены, как эта девушка.

IMG_6226
8-ноя-2009 12:11 pm - Тыква
В Москве в 12 ночи карета Золушки превращается в тыквенно-оранжевую снегоуборочную машину, а кучер - в таджика.
25-окт-2009 05:38 am - Дрожь
Только в этот раз заметила, что когда волчок выбирает вопрос, он дрожит, как дрожат руки. У него, оказывается, тоже есть нервы.
20-окт-2009 11:39 pm - Dixiленд
В Берлине работали гениальные переводчики. Мы заканчивали работу над конвенцией, которую будут подписывать на шести официальных языках. В последний момент добавили новую формулировку, согласовали на английском - и отдали переводчикам, которые быстро начали подбирать правильные слова. Как будто в джаз-бэнде сыграли главную тему на саксофоне, и каждый подхватил ее на своем инструменте: немецкая труба, французский кларнет, итальянская перкуссия, русские клавишные, испанские ударные.
20-окт-2009 07:50 pm - Цветное
Деревья по дороге в домодедово горят, точно византийские мозаики в Равенне.

В автомагазине Гамбурга разноцветные диски висят на стене, как на кухне - тарелки, привезенные из путешествий.

Цвет Рима не представляла, пока не увидела сама. Оказалось - все оттенки рыжего: тыквенный, терракотовый, песчаный; полусладкое белое вино, корица, абрикосы.
13-окт-2009 12:08 am - Рим
Барочная Иль Джезу заполнена народом, должна начаться какая-то важная месса. Сгущенное ожидание, такое бывает только в оперном театре или на центральном вокзале. А на потолке фигуры лезут из росписи вон, любопытно, где больше людей: наверху или внизу.
Утром в киевский Волконский привели щенка бигля. Она буквально тащится со своего красного поводка, а когда чешет ухо, похожа на @.

В перукарне (не салон красоты, а именно парикмахерская в подворотне на Городецкого) настоящая такая перукарщица неожиданно рассказывает, что летом провела три месяца в Гренландии.
-Что Вы там делали?
- Ничего. Слушала тишину.

Во дворике на Пушкинской разваливаются четыре старые Волги, как из "Берегись автомобиля". Горсти каштанов рассыпаны на песке, как будто кто-то мухлевал при игре в петанк. На Бессарабке в конце сентября продают стаканами сладкую садовую малину. В сквере у театра Франко гуляет семья: беременная мама, отец и двое мальчиков-близняшек с самокатами. Бездельничать.

Смс:
- Как погода, солнце?
- Солнце.

Есть вещи, которые не меняются: объявление "Отчаявшимся похудеть" висит на том же месте, что полтора года назад.

В арт-центре Пинчука английские рабочие в скафандрах убирают выставку Хёрста, разбирают на кусочки "Физическую невозможность смерти в сознании живущего": откачивают формалин, достают из аквариума чучело акулы.
-Hi guys, you're a piece of art yourselves, you know it?

В местном Арсенале (прямо напротив Лавры) проходит Gogolfest, фестиваль современного искусства. В одном из залов - фотографии голых девиц на метлах, забористых гоголевских ведьм. На проекторе показывают процесс съемки, девицы синхронно прыгают, на фотографиях получается полет. Перед экраном долго стоит семья с ребенком в коляске, ребёнок как раз такого возраста, про который в памяти сохраняются первые воспоминания.

В киевской опере странные отношения с Фигаро. Женитьба Фигаро - это балет, а Севильский цирюльник оказался единственной оперой в репертуаре, которая идет на украинском. Граф Альмавива поет "як тебя кохаю" и лицом похож на Януковича.

Это был десятый, юбилейный приезд в Киев. В четверг решила, в субботу уже была там.
7-сент-2009 12:02 am - Последняя неделя лета
Гамбург

Суперсовременный квартал Гамбурга выглядит так, как если бы Болонью построили на месте Венеции. Красные стены и каналы.

Отожгла рок-н-ролл на корпоративе какой-то немецкой телекоммуникационной компании: пришла на музыку, оказалось - частная вечеринка на кораблике в доках, с живым бэндом.

Москва

Август в Москве - это такое время года, когда все мерзнут, но упрямо сидят на летних террасах.

Астрахань

Под Астраханью коровы тихонько мычат с утра в окна, как виброзвонок айфона.

Рыбы на этот раз наловили меньше, чем в прошлом году. Маленьких окуней подстрелить проще, чем сазанов. Окуни выходят толпой, можно стрелять, как по демонстрации: в кого-нибудь да попадешь. А сазаны - хитрые туши, серые кардиналы, быстро уходят в камыши.
10-авг-2009 01:31 am - Врозь и парами
Неделю назад один из лучших друзей уехал в Америку, а другой женился. Как будто на хорошо знакомых улицах поменяли знаки и пустили движение в другую сторону. Надо привыкать.

Иногда очень не хватает смайлика, пожимающего плечами, и смайлика с веснушками.

В июле во дворе на Кутузовском - абсолютно круглый мужик на лавочке, рядом с ним бутылка виски, пакет сока и пакет кефира. Геометрическая гармония.

В пробке рядом едет Porche Cayenne, в нем три хлопца серьезных габаритов. Один прижимает к щеке собачку, у собачки крошечная голова и большие уши, которыми она ухитряется трепетать, как бабочка крыльями.

Давным-давно видели в Метро кусок мяса под именем "фрикандон говяжий охлажденный". А тут придумали рекламу: "Купи фритюрницу - заработай фрикандон".

Хочется носить на руке белый след - часовой пояс.

Август.
This page was loaded фев 27 2017, 7:09 am GMT.